Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

"Учиться войне"




Если коротко - прекрасная книга не столько о войне или армии сколько о том как и почему так а не иначе армия, попавшая на войну к которой не готовилась, пыталась понять как воевать по новому, и как этой новой войне научиться. Скорее успешно, чем нет.
Сказал бы, что должно быть интересно отнюдь не только франкофилам - проблемы, причины проблем, способы преодоления отнюдь не уникальны.

Ибрам Гонт Длинные руки

Не люблю термин "исписался" но при чтении последнего из "призраков Гонта" не мог отделаться от мысли что эту тему Абнетту стоило подвязать уж некоторое время как. "враг напал без объявленья,вероломный страшный враг" - и через страницу, потеряв пачку краснорубашечников с очередными непроизносимыми фамилиями, "пошли мы в наступленье, отбивая чётко шаг". Повторить по два раза в каждой главе. Ну да, нагнетать страх поначалу получается, но когда каждый нагнетенный сдувается даже ге хлопнув и не свистнув... Спасибо, из этой бочки больше не наливать.

Волшебной палочки может и не быть



Набрёл на книгу случайно - Филпотт поминался автором книги по французским танкам ПМВ Гейлом как "учитель", ну а поскольку книга была хорошая - решил посмотреть, что там за учитель такой. Не пожалел. Не потому что Филпотт разссказывает что-то новое и оригинальное - а потому что смотрит на Первую мирвую под необычным углом. Что, в общем, отражено в заглави - не Первая мировая, а именно - война на истощение.

Вполне распространён взгляд на первую мировую, как на войну в которой генералы так и не смогли сокрушить врага умным манёвром, хитрой стратагемой, чудо-оружием, и так далее - и солдатам пришлось долго и тупо убивать другу друга, результатом чего стала долгая бойня и огромные потери всех сторон. Увы-увы, не всем быть такими умными как моя жена потом.

Филпотт, однако, предлагает другую точку зрения: война на Западном фронте и не могла быть никакой другой, кроме как войнйо на истощение. Сокрушение не было возможно, государственные механизмы были прочны, и единственный способ победить заключался в уничтожении вражеских резервов. Это и делалось - Жоффром, затем Фошем, и это и привело к успеху. Понять это удалось не сразу, но довольно быстро, отработать методы эффективного уничтожения - удалось уже в 16 году. Однако - вмешалась политика. Желание выиграть войну не неся огромных потерь и расходов заставляло искать чудо-метод, который наконец позволит всем вернуться домой до листопада. Однако это так и осталось невозможным - но при этом попытки не перемалывать вражескую армию, а прорывать фронт, достигать далёких целей, решить всё здесь и сейчас - вели к снижению эффективности уничтожения вражеской армии, и были опасны для своей морали. Лучшим образом это понимал Фош, и он же понял важность скорость уничтожения резервов. "Мы побили на Сомме 120 немецких дивизий за несколько месяцев - и немцы оправились, а сделай мы это за несколько недель - и их армия бы развалилась". Именно скорость и непрерывность действий союзников в течении "100 дней" - на которых настаивал, и которые обеспечивал Фош, в противовес командующим армиями, утверждавшим что солдаты измотаны - и разрушили германскую армию, не дав закрепиться на новых позициях и затянуть войну.

Допускаю, что такая точка зрения не понравится сторонникам хитрых планов. Но равно допускаю, что ознакомиться с вполне качественно (а этого не отнять) аргументированным неразделяемым тобой взглядом будет небесполезно.

Боязливые глаза

"Гамелен, стремясь снять с себя ответственность за неудачу, 26 августа направил Сент-Арно письмо, в котором опять указал на рискованность экспедиции с морской точки зрения. Преобладающие северо-восточные ветра затрудняли погрузку в Варне; перевозка войск в Крым была опасна; якоря так плохо держали грунт у мест высадки, что кораблям, возможно, пришлось бы бросить десант без поддержки – а русский флот смог бы выйти в море и отрезать экспедиционный корпус; трудности, если не невозможность, снабжения армии и так далее".

Тот случай, когда боллз - или кран - у сухопутной крысы оказался покрепче морских.

Смертельные царапины

RISE AND FALL OF THE FRENCH AIR FORCE French Air Operations and Strategy 1900-1940


Поскольку с темой знаком слабовато (не авиаторы мы, пусть в названии специальности "аэро" и значится) то судить насколько автор накосячил или натянул сову - не могу. По косвенным признакам - вроде всё в порядке, но - именно что косвенным.

С такой позиции - книга зашла хорошо. Последовательна, структурирована, логична, гладко написана. Написано не без симпатии к "подследственному", некоторые выводы даже представляются для него благоприятными - но опять же, обоснование дано достаточно убедительное. Фанаты Народного фронта и Кота могут быть недовольны, но пускай спорят с автором.

Но главное: в какой том момент сложилась такая картина.

Есть человек, считающийся опытным туристом, пусть в серьёзные походы он ходил и давно. И выходит такой турист в лес, в местности и климате изрядно ином, чем он бывал некогда. И получает царапину-другую. Совершенно спокойно замазывает таковую йодным (хотя и подвысохшим) карандашом и продолжает путь. К вечеру царапины воспалились, к утру на них без ужаса смотреть нельзя, и к следующему вечеру ампутация может уже и не помочь. А всё потому, что посмотрев на царапины, турист не развел срочно костёр - наплевав на время, не раскалил на нём свой нож - наплевав на его закалку, и не выжег царапины на сантимер вглубь, наплевав на вонь, боль и неизбежные шрамы... Просто потому, что не понимал насколько быстро в этом новом климате значащие столь мало прежде "царапины" могут отправить в морг.

И да, турист - французское командование в 1940.

Стереотипное

Средний добропорядочный американец к началу 1778 года француза в глаза не видел. Но слышал вполне предостаточно чтобы составить впечатление - "уродливое бледное отродье, питающееся лишь лягушками и улитками".
"Первым подтверждением французской военной помощи стал фрегат "Нимф" под командованием шевалье де Сэнневилля, прибывший в Бостон 5 мая 1778 года... Эта странная порода людей (французов) весьма интересовала их (американцев) Некоторые отказывались верить своим глазам, свидетельствующим что Сэнневиль и его команда выглядели как вполне нормальные люди, и распускали слухи, что французов застали за охотой на лягушек в Бостонском городском парке".
Sam Willis: The Struggle for Sea Power

Скучно о долгом и тяжелом


Paul Jankowski
Verdun: The Longest Battle of the Great War

На фоне блестящей (хотя бы с литературной точки зрения) старой книги Хорна эта смотрится не очень. Нет, даже при том, что она мало что рассказывает о самом сражении, в основном концентрируясь на вопросах зачем, почему, сфигаль, доколе всё это затевалось и велось, и что обо всём этом и коллегах с той и другой другой стороны думали участники перформанса - книга небесполезна. Скажем, указание на то, что знаменитая фалькенгайновская цель - "обескровить французскую армию" была придумана скорее всего сильно после начала сражения, и что самого меморандума с этими словами никто не видел - я раньше не встречал. Или то обстоятельство, что Жоффр "преступно" пренебрегал усилением обороны Вердена под предложенным углом зрения - даже сами немцы долго не знали, какую крепость они будут атаковать, и Жоффру для парирования всех возможных атак следовало укрепить все крепости, что означало отказ от наступления и переход в глухую оборону - тоже выглядит иначе. И так далее. Но чёрт, до чего же она скучно и заунывно написана.

Цвета родной команды

Ты - маститый автор, пишешь серьёзное, большое и продуманное исследование, делаешь всякие далеко идущие выводы... И вдруг, вместо того чтобы тщательно припутывать свои предпочтения, давая им проявиться лишь на верхушке выстроенной логической конструкции - фигак, и буквально в нескольких строчках допускаешь прямую ложь (ну ладно, очень сильное преувеличение), а затем - ложь умолчанием. Причём в одну сторону, не оставляя сомнений - за какую команду ты болеешь, и, мягко говоря, дискредитируя свои более сложные конструкции. И что глупее всего - делая это так, что любой чуть более чем понаслышке знакомый с темой исследования это "приём" обязан заметить.
Если что - речь о

Нет, я дочитаю. Но обидно же.

Место проклятое

Приезжает такой уверенный в себе человек в этот город, зная что весь город - машина по выжиманию денег, и говорит эдак уверенно "я здесь оставлю только необходимо минимальную сумму, никаким ненужным хламом закупаться и не подумаю, чёрта с два вама не мои бабки". Ах так, говорит город, и в ответ подбрасывает магазин старой книги. Человек два часа роется в журналах, и выходит из магазина похудев на энное число евро, но повесив на заднее колесо вела дополнительно полста номеров симпатичного итальянского журнальчика (при том что на итальянском он способен читать настолько, насколько он похож на французский).