?

Log in

No account? Create an account
kim_noir


Набрёл на книгу случайно - Филпотт поминался автором книги по французским танкам ПМВ Гейлом как "учитель", ну а поскольку книга была хорошая - решил посмотреть, что там за учитель такой. Не пожалел. Не потому что Филпотт разссказывает что-то новое и оригинальное - а потому что смотрит на Первую мирвую под необычным углом. Что, в общем, отражено в заглави - не Первая мировая, а именно - война на истощение.

Вполне распространён взгляд на первую мировую, как на войну в которой генералы так и не смогли сокрушить врага умным манёвром, хитрой стратагемой, чудо-оружием, и так далее - и солдатам пришлось долго и тупо убивать другу друга, результатом чего стала долгая бойня и огромные потери всех сторон. Увы-увы, не всем быть такими умными как моя жена потом.

Филпотт, однако, предлагает другую точку зрения: война на Западном фронте и не могла быть никакой другой, кроме как войнйо на истощение. Сокрушение не было возможно, государственные механизмы были прочны, и единственный способ победить заключался в уничтожении вражеских резервов. Это и делалось - Жоффром, затем Фошем, и это и привело к успеху. Понять это удалось не сразу, но довольно быстро, отработать методы эффективного уничтожения - удалось уже в 16 году. Однако - вмешалась политика. Желание выиграть войну не неся огромных потерь и расходов заставляло искать чудо-метод, который наконец позволит всем вернуться домой до листопада. Однако это так и осталось невозможным - но при этом попытки не перемалывать вражескую армию, а прорывать фронт, достигать далёких целей, решить всё здесь и сейчас - вели к снижению эффективности уничтожения вражеской армии, и были опасны для своей морали. Лучшим образом это понимал Фош, и он же понял важность скорость уничтожения резервов. "Мы побили на Сомме 120 немецких дивизий за несколько месяцев - и немцы оправились, а сделай мы это за несколько недель - и их армия бы развалилась". Именно скорость и непрерывность действий союзников в течении "100 дней" - на которых настаивал, и которые обеспечивал Фош, в противовес командующим армиями, утверждавшим что солдаты измотаны - и разрушили германскую армию, не дав закрепиться на новых позициях и затянуть войну.

Допускаю, что такая точка зрения не понравится сторонникам хитрых планов. Но равно допускаю, что ознакомиться с вполне качественно (а этого не отнять) аргументированным неразделяемым тобой взглядом будет небесполезно.
 
 
kim_noir
16 November 2018 @ 12:49 pm
Неподалёку от осаждённного Севастполя. Январь 1855 - оба упомянутых постом ранее с Чёрного моря уже отбыли, один во Францию, другой на тот свет. На дворе - 16.
Командующему французской эскадрой вице-адмиралу Брюа понадобилось нанести визит команующему армией Востока - генералу Канроберу. Адмиральский вельбот причалил к берегу, сам адмирал отправился к генералу, а морки остались возле вельбота. Вскоре нарисовались задубевшие с совсем не северо-африканских температур зуавы, которые предложили морякам, хотя и привыкшим к темперутарм пониже, но всё-таки не таким, пойти в лагерь выпить горячительного. Моряки согласились; когда они вернулись, то вельбота не было и в помине; зуавы разобрали его на дрова, из которых уже успели развести костёр и начать готовить рагу.

Успокаивать разозлившегося адмирала пришлось самому Канроберу.
 
 
 
kim_noir
"Как всем прекрасно известно", консервативные французские генералы перед Первой мировой войной на предложения о вводе в армии маскирующей формы гордо заявили что "Красные штаны - это и есть Франция", и отправили солдат воевать в форме, соответствующей веку девятнадцатому, но никак не двадцатому. И только огронмые потери открыли им глаза и принудили отказаться от "самого заметного из цветов" в пользу менее броских.

Для исторических мифов вполне типично предпочтение яркости и простоты реальным фактам. Поэтому таким мелочам как опробование французами маскирующей формы за несколько лет до войны, согласие генералов с отказом от красных штанов и продавливание ими через парламент кредита на переобмундирование армии в отвечающую новым веяниям форму еще за месяц до войны, в нем нет места.

Тем не менее, надо признать, что фраза таки была произнесена, и никем иным как военным министром.
Знакомьтесь - Эжен Этьен, ни разу не генерал, а наоборот - чистый политик, признанный лидер французских колониалистов, яростный сторонник создания колониальной империи в Африке. Благодаря тому что французский колониализм был делом рук военных "в степени чуть меньшей, чем полностью", Этьен был знаком с армией, хоть и в ее "африканском варианте", лучше чем многие его коллеги - что оказалось достаточным для занятия им поста военного министра в шести правительствах.

И что любопытно - смотря со своей "колониальной колокольни" Этьен был прав. Колониальной армии приходилось иметь дело не с регулярными европейскими армиями - а с представителями народов, с большим почтением относящихся к яркой форме и сейчас. Французский офицер, общаясь с африканцами - туарегами, арабами, неграми - должен был, только если не хотел уронить себя в их глазах - одет по всей форме. С возможным исключением относительно сапог.
И это работало в их пользу - те же туареги признавали, что французские офицеры по умению одеваться утупают только "народу вуали". Маскировочная форма такого уважения не вызывала - и в итоге получалось что да, "красные штаны" и впрямь работали на имидж Франции. С маленьким, но печальным исключением - не на франко-германской границе.
 
 
Current Mood: sleepysleepy